Беларусь рассчитывает извлечь пользу из роста мировых цен на нефть на фоне закрытия Ормузского пролива, ударов по российским НПЗ и перебоев в работе нефтепровода «Дружба». Но сочетание дорогого сырья, проблем с логистикой и сокращающихся транзитных доходов делает итоговую картину неоднозначной.
Нефтяная отрасль — ключевая для экономики страны. Она одновременно страдает от глобальных геополитических встрясок и получает выгоду от сравнительно дешевой российской нефти, которую перерабатывают на местных НПЗ и продают как более дорогие нефтепродукты. Кроме того, через территорию страны проходит трубопровод «Дружба», приносящий доходы от транзита.
Как закрытие Ормузского пролива отражается на Беларуси
Перекрытие Ормузского пролива нарушило привычные маршруты поставок и работу транспортных хабов, которые раньше использовались для отправки белорусских нефтепродуктов в Азию и Африку. Это нанесло прямой ущерб экспортным возможностям НПЗ, которые сейчас ищут альтернативные маршруты и порты — процесс требует времени и инвестиций.
Одновременно рост мировых цен на нефть отразился и на внутреннем рынке: государство поднимает розничные цены на бензин и дизель. При этом внутренние цены остаются ниже среднеевропейских благодаря поставкам по льготным схемам и жесткому регулированию.
Удары по российским НПЗ: дополнительные объёмы и логистические риски
Местные НПЗ — Мозырский и «Нафтан» — могут перерабатывать значительные объёмы сырья (в сумме до порядка 24 млн тонн в год). В 2025 году экспорт бензина в Россию вырос в несколько раз и достиг заметных объёмов. Повреждение некоторых российских НПЗ привело к перенаправлению части сырья и переработке в Беларуси, но это временное явление и связано с ограничениями по логистике.
Проблема в том, что экспортные потоки были переориентированы с балтийских маршрутов на российские порты, которые сами по себе подвергаются ударам и с перебоями работают. Это усложняет и удорожает экспорт белорусских нефтепродуктов.
Порты под ударом: что это значит для экспорта
Когда ключевые порты (включая Усть‑Лугу, Приморск и Новороссийск) работают с ограничениями или простаивают, третьи‑стороны и конкуренты усиливают нагрузку на доступные терминалы. В таких условиях российские экспортеры в приоритете, и белорусские отгрузки оказываются в менее выгодном положении.
Кроме того, рост мировых цен повышает стоимость импортных компонентов и оборудования. Это уменьшает чистую выгоду белорусских производителей и делает эффект от высоких котировок более сомнительным.
Трубопровод «Дружба» приносит всё меньше доходов
По стране проходят две ветки трубопровода «Дружба». Северная ветка традиционно прокачивала относительно небольшие объёмы (порядка 1,3–1,5 млн тонн в последние годы). Южная ветка перевозила значительно больше — в диапазоне 9,5–13,5 млн тонн, направляя сырьё через Украину в страны Центральной Европы.
Плата за транзит по северной ветке выше (около 10 долл. за тонну), по южной — ниже (порядка 3,5 долл. за тонну). Если южная ветка прокачает порядка 10 млн тонн, это даёт примерно 35 млн долл. в год; северная при тех же показателях могла бы приносить около 15 млн долл. В сумме — примерно 50 млн долл. в год. Однако планы по прекращению транзита казахстанской нефти северной веткой могут сократить доходы до примерно 35 млн долл., тогда как докризисные уровни составляли порядка 230–250 млн долл. в год.
Вывод экспертов однозначен: высокие мировые цены на нефть не гарантируют чистую прибыль для страны. Рост цен увеличивает расходы на импортные товары и комплектующие, логистические сбои ограничивают экспортные возможности, а сокращающиеся транзитные доходы дополнительно уменьшают общую экономическую выгоду.
