Граждане активно вывожу деньги из банков. С начала года объём наличных в обращении приблизился к увеличению на 10%, что составляет около 2,8 трлн рублей. По итогам года рост может составить примерно 3,8 трлн. Июль стал худшим месяцем по оттоку средств за последние шесть лет.
Подобные темпы наблюдались после начала конфликта и мобилизационных действий в 2022 году. Сейчас к этим факторам добавились ухудшение экономики, рост налогов, ограничения доступа к интернету, усиление контроля за переводами и обсуждения о возможной блокировке вкладов.
Сейчас власти вряд ли заморозят вклады. Такой шаг мог бы вызвать панику и подорвать доверие к банковской системе, заставляя людей держать средства вне банков. Вместо этого обсуждаются варианты: накачивание денежной массы, ускорение инфляции и постепенное снижение покупательной способности сбережений. Формально вклад остаётся доступным, но на него можно покупать всё меньше.
Отток денег уже создаёт проблемы: дефицит ликвидности банков с начала года вырос более чем в четыре раза — с 600 млрд до 2,6 трлн рублей. Чем меньше денег в банковской системе, тем труднее выдавать кредиты и погашать государственный долг. В настоящий момент государству нужны покупатели облигаций: война продолжается, дефицит бюджета растёт, гражданская экономика стагнирует.
По оценкам крупнейших банков, спрос на наличные сейчас эквивалентен примерно миллиону ипотек, которые банки не смогут выдать. Это наглядно отражает цену происходящего: деньги, которые могли бы идти в жильё, бизнес и развитие, уходят на войну или прячутся гражданами.
Система в целом выдерживает: на вкладах остаётся порядка 68,6 трлн рублей, а нехватку ликвидности банки могут закрывать через Центробанк. Спешить к банкомату оснований нет, но расслабляться по цифрам на счетах тоже не стоит.
Население хранит наличные не столько в ожидании краха банков, сколько как знак несогласия с государственной политикой. Когда власти убеждают в стабильности, граждане всё чаще предпочитают держать деньги дома. Значительная доля населения не имеет сбережений, и государство сумело напугать даже тех, у кого ещё осталось что забирать.
