Международное исследование показывает, что ликвидные активы российского Фонда национального благосостояния (ФНБ) сократились с 6,5% ВВП перед началом полномасштабных боевых действий до примерно 1,8% ВВП. Одновременно федеральный бюджет столкнулся с дефицитом, который за первые три месяца 2026 года превысил запланированный годовой ориентир, а доходы от нефти и газа в первом квартале упали приблизительно на 45% в годовом выражении.
По оценке одного из авторов исследования, в первые годы конфликта российская экономика проявляла большую устойчивость, чем ожидалось, однако к настоящему моменту бюджетные резервы в значительной степени исчерпаны, а экономическая база ослабла. Временное повышение цен на нефть может лишь частично и недолго смягчить фискальные проблемы.
Риск роста инфляции
Авторы отмечают, что финансовые трудности не единственная проблема. Для покрытия военных расходов растет зависимость от внебюджетного финансирования, ускоренного наращивания кредитов и косвенной поддержки через банковский сектор. С начала конфликта задолженность предприятий выросла, поскольку банки перенаправляют ресурсы в отрасли, связанные с военными потребностями.
Как указывает соавтор исследования, основными ограничениями для Москвы сегодня являются не столько деньги, сколько нехватка рабочей силы, технологий и производственных мощностей. Дополнительные финансовые вливания теоретически возможны, но в условиях острой нехватки ресурсов и санкционного давления повышение расходов может подстегнуть инфляцию, а не значительно увеличить военный потенциал.
Усиление зависимости от Китая
Исследование указывает на растущую зависимость России от Китая: около 35% внешней торговли приходится на КНР. Большая часть критически важных гражданских и военных товаров, а также комплектующих, используемых в военной промышленности, поступает именно из Китая; примерно три четверти прироста таких закупок с 2022 года обеспечивается китайскими поставками.
По мнению авторов, экономическая уязвимость Москвы открывает возможности для внешнеполитических мер: ужесточение контроля за экспортом технологий и компонентов, ограничение потоков, приносящих валютные доходы, а также направленные шаги в отношении поставщиков, которые позволяют обходить санкции.
