Мы просто хотели нормальной жизни
Материал отражает личную позицию автора и может содержать резкие высказывания.
Привет! Меня зовут Алиса, я работаю в SMM и живу в небольшом провинциальном городе в России. Мне срочно нужно с кем‑то поговорить, поэтому я делюсь своей историей.
Долгое время многие из нас чувствовали, что жизнь, планы и мечты постепенно скатываются к пропасти. В последние месяцы появилось ещё более пугающее ощущение: кажется, мы уже в свободном падении — ускоряемся, но до дна ещё не долетели.
Мы почти перестали встречаться вне дома: у нас просто нет лишних денег, чтобы пойти в бар и провести там ночь. Знакомые из общепита говорят, что поход в ресторан для многих снова стал праздником.
Отпуск остаётся одним из редких способов почувствовать себя человеком. Если удаётся уехать в соседние страны, это даёт возможность на неделю забыть про страхи и ограничения. Но в этом году почти никто из наших друзей не поехал: туризм стал дорогим, поездки и отели обходятся в крупную сумму, семье такие расходы теперь не по карману.
Для многих настоящее счастье — это участок от бабушки: пожарить шашлыки и посидеть на скамейке во дворе. Это возвращает в детство и напоминает о 90‑х, когда отдых выглядел иначе.
Я не притворяюсь: хочу на конкретных примерах показать, как за пару лет рухнул уровень жизни и жизни моего окружения. Мы молодые, много работаем, и ещё до недавнего времени верили, что честный труд приведёт к нормальной жизни — к путешествиям, встречам, подаркам родителям, хобби. Теперь мы шутим, когда перейдём к «сосискам с макаронами».
Мы — вымотанные 35‑летние взрослые, которые не понимают, что будет дальше, в какой стране мы будем жить и как. Многие хотят завести детей, но не представляют, как воспитывать их в условиях двоемыслия; боятся, где и как они будут учиться и чем заниматься. Мы почти не верим, что что‑то может измениться или что война когда‑то закончится.
Меня не покидает ощущение, что всё сжимается: желания, возможности, сама жизнь. От многого приходится отказываться не потому что хочется, а потому что иначе не получается. Возможно, в какой‑то момент останется только самое главное — ты сам, твоя личность. Сохранить её теперь не просто важно, а жизненно необходимо.
Надо постараться не озлобиться, не перестать чувствовать и не привыкнуть к тому, что раньше вызывало ужас. Мы постараемся не разучиться сочувствовать и сохранять способность радоваться. Мы будем помнить, кем были «до», но, вероятно, придётся похоронить многие планы и мечты.
