Промышленники заявили о провале импортозамещения на фоне «переохлаждения» российской экономики

Замедление деловой активности в России, по оценке директора Череповецкого литейно‑механического завода (ЧЛМЗ) Владимира Боглаева, привело к фактическому краху политики импортозамещения. Он считает, что проводимый курс властей обернулся резким падением спроса и остановкой роста почти во всех отраслях экономики.

Боглаев отмечает, что «охлаждение экономики» переросло в режим «переохлаждения», а провозглашённые несколько лет назад задачи по созданию центров импортозамещения и развитию производства «не просто сорваны, а фактически похоронены». По его словам, предприятия, которые инвестировали в импортозамещение, теперь оказались «у разбитого корыта».

По его мнению, страна столкнулась с «фундаментальным кризисом», выход из которого будет долгим и сложным. В таких условиях вложения в производство теряют смысл: заводы и фабрики вынуждены переходить на сокращённую занятость вместо расширения штатов и инвестиций в модернизацию.

Боглаев подчёркивает, что при заявленной цели экономического суверенитета необходимо увеличивать количество технологических операций внутри страны. Однако падение внутреннего валового продукта, считает он, означает, что движение к независимости приводит лишь к ухудшению положения.

Он также указывает, что страна развивается темпами ниже среднемировых, что, по его словам, свидетельствует о деградации. «Сейчас ситуация наиболее тяжёлая. И, судя по тому, что говорят эксперты, можно констатировать полную потерю обратной связи управленческой верхушки с реальным положением дел внизу, в экономике страны», — утверждает Боглаев. Череповецкий литейно‑механический завод специализируется на выпуске тракторов, спецтехники, центробежно‑литых труб, а также оборудования для нефтехимической и металлургической отраслей.

Схожие оценки на одном из недавних экономических форумов озвучил академик РАН Роберт Нигматулин. Он заявил, что подушевые доходы в России остаются одними из самых низких в Европе, а за последние десять лет ВВП в среднем увеличился лишь на 1,5%, тогда как потребительские цены выросли на 77%.

По словам Нигматулина, страна теряет промышленный потенциал: численность занятых в машиностроении, по его оценке, сократилась примерно с 4 миллионов человек в конце 1990‑х годов до около 440 тысяч сейчас. Аналогичные негативные тенденции, отмечает он, наблюдаются и в лёгкой промышленности.

Учёный обращает внимание и на сокращение научного корпуса: в России, по его данным, на 10 тысяч человек населения приходится лишь 54 исследователя, тогда как в передовых странах — около 174. «Вот вам эффективность! Можем ли мы в таких условиях при существующей системе управления вкладывать деньги в страну? Так управлять экономикой нельзя», — считает он, добавляя, что эти выводы необходимо донести до президента.

Отдельно Нигматулин указывает на нарастающие демографические риски, прогнозируя ежегодное сокращение численности населения примерно на 0,6 миллиона человек.

Официальная статистика также фиксирует ухудшение динамики. Согласно данным Минэкономразвития, в первые два месяца года ВВП снизился на 1,8% в годовом выражении. Институт народнохозяйственного прогнозирования РАН оценивал спад по итогам квартала примерно в 1,5% год к году, тогда как ранее опубликованный прогноз Центрального банка предполагал рост экономики в первом квартале на уровне 1,6%.

На фоне разрыва между прогнозами и реальной динамикой президент потребовал от правительства и Центрального банка объяснить, почему экономика развивается хуже ожиданий, и поручил обеспечить возобновление роста.