Даже часть убеждённых сторонников войны против Украины всё чаще жалуется, что президент не слышит общество. Его новые заявления лишь усиливают это ощущение: власть призывает граждан «работать в тылу ради фронта» и вспоминает бабушек, которые якобы приближали победу, вяжa носки для солдат.
На форуме «Малая родина — сила России» Владимир Путин потребовал от граждан трудиться «в тылу ради фронта» по образцу времён Второй мировой войны. По его словам, тогда победа обеспечивалась в том числе за счёт бабушек и детей, которые «вязали носочки» для бойцов. Но сегодня многим это сравнение лишь напоминает, что нынешняя война длится уже дольше той части Второй мировой, которую в России называют Великой Отечественной, а общественная усталость сопоставима с военными годами.
Обещанная «победа» в тёплых носках
История про тёплые носки, которыми граждане якобы обеспечивали фронт и за счёт этого выигрывали у врага, выглядит как примитивная агитационная сказка. Подобные сюжеты напоминают советские рассказы для детского сада и мало связаны с реальной сложностью военного времени. Носки действительно вязали — но делали это и в СССР, и в нацистской Германии, где существовали программы волонтёрской помощи армии. «Тёплые носочки» не спасли режим Гитлера, и мифологизировать их вклад в победу — значит подменять обсуждение реальных причин и цены войны детской пропагандой.
Судя по риторике, нынешнему руководству страны уже недостаточно той волонтёрской активности, которую проявляет часть общества, поддерживающая войну или, как минимум, сочувствующая «нашим ребятам» на фронте. В последние недели граждан всё настойчивее подталкивают к более активному участию в военных усилиях, которые превратились для власти в сверхидею. Крупному бизнесу предложили «добровольно» профинансировать боевые действия, поддержано повышение налоговой нагрузки на малый и средний бизнес, школьников во многих регионах начинают учить в свободное от уроков время — а иногда и вместо них — сборке беспилотников. Теперь это дополняется общим лозунгом: «Всё для фронта, всё для победы».
Такая мобилизационная риторика прозвучала как раз тогда, когда даже официальные социологические службы, ориентированные на Кремль, фиксируют заметное снижение доверия к президенту и падение рейтингов. При этом число сторонников скорейшего завершения войны достигает рекордных значений. В социальных сетях множатся не столько открытые протесты, сколько настойчивые обращения к власти с рассказами об усталости и недовольстве людей.
Власть не желает слышать сигналы снизу
Рассуждения о «носочках» отражают настроение лидера страны, который, судя по всему, сознательно отказывается воспринимать реальность, выходящую за рамки его ожиданий. Призыв «отдавать все силы» фронту прозвучал вскоре после того, как технократам в правительстве фактически указали: вместо жалоб на падение экономики необходимо предлагать рецепты её нового роста. Вариант «остановить войну» даже не рассматривается — любой чиновник, напрямую озвучивший такую позицию, рискует как минимум карьерой.
Ситуация для Кремля кажется особенно благоприятной из‑за резкого роста цен на нефть и другие энергоносители, вызванного эскалацией конфликта на Ближнем Востоке и войной США и Израиля против Ирана. Часть санкций против российского нефтяного сектора временно смягчена, что уже принесло в бюджет дополнительные миллиарды долларов. Даже если реальные суммы ниже официально озвученных, это подпитывает убеждённость в том, что ресурсы для продолжения войны ещё есть и мировая конъюнктура якобы подтверждает «историческую миссию» нынешнего курса.
Несовпадение военной иллюзии и экономической действительности
Однако значительная часть этих внезапных доходов в нынешних условиях пойдёт не на поддержку экономики и не на перезапуск роста, а на финансирование военных действий. В воображении власти российские бабушки дружно вяжут носки, дети и подростки собирают дроны, а общество сплачивается вокруг фронта. В реальности же фермеры вынуждены массово забивать скот, малый бизнес закрывает кафе и магазины из‑за налогового и административного давления, а крупный бизнес стремится вывести максимум средств за рубеж. Конфликт США с Ираном и рост цен на сырьё лишь немного отсрочили момент столкновения этих двух картин мира.
Ресурсов, чтобы, как в первые послевоенные годы после 2022‑го, заливать возникающие проблемы деньгами, становится всё меньше. О серьёзности кризисных ожиданий говорит и то, что даже лояльный власти лидер парламентской псевдооппозиции пугает с думской трибуны возможной «революцией» уже ближайшей осенью.
Оптимисты хотели бы верить, что нарастающее давление заставит власть пойти на новую «оттепель» и реальные переговоры о прекращении войны с Украиной. Но более мрачный сценарий выглядит пока правдоподобнее — усиление репрессивного аппарата и ужесточение внутренней политики. Об этом свидетельствуют, в том числе, решения передать часть следственных изоляторов под контроль спецслужб, что упрощает давление на политически неблагонадёжных. В такой логике ответ на общественное недовольство — не мир, а новая война, уже против внутренних «врагов», среди которых окажутся не только ярко обозначенные критики режима, но и обычные россияне, не готовые «вязать носочки» ради фронта, когда в собственной жизни всё меньше ощущения будущего.
