Главное за сегодняшний день
- Несколько людей приговорены к длительным срокам по уголовным делам, связанным с «фейками», призывом к массовым беспорядкам и участием в якобы экстремистских сообществах.
- Доставка из Китая в Россию подорожала на 20–25% за месяц из‑за топливного кризиса.
- Город Бодайбо остался без автомобильного сообщения с Иркутской областью и Бурятией.
- На АЗС в Забайкальском крае ввели электронную очередь через государственный мессенджер.
- На пляже в Приморско‑Ахтарске (Кубань) запретили купание из‑за наличия нефтепродуктов в воде.
Суды и наказания
По нескольким резонансным делам вынесены долгие сроки: Мария Пономаренко приговорена к шести годам колонии по обвинению в распространении «фейков» о ВС РФ и ещё к году и 10 месяцам по делу об инциденте в одной из колоний; в июне 2026 года ей также был вынесен приговор по третьему уголовному делу, связанному с конфликтом с сотрудником ФСИН. Роману Иванову назначили семь лет лишения свободы по обвинению в «фейках» о ВС РФ. Ольга Комлева приговорена к 12 годам по обвинению в участии в якобы «экстремистском сообществе». Игорь Кузнецов провёл в заключении более пяти лет по обвинению в склонении к массовым беспорядкам.
* — Внесены в перечень «террористов и экстремистов» Росфинмониторинга.
Региональные происшествия и ограничения
В Забайкальском крае на некоторых автозаправках ввели электронную очередь через государственный мессенджер, чтобы упорядочить обслуживание. В Иркутской области и соседних регионах нарушено автомобильное сообщение с Бодайбо — это осложнило доставку грузов и передвижение людей. На Кубани в районе Приморско‑Ахтарска купание на одном из пляжей временно запрещено из‑за загрязнения воды нефтепродуктами.
Экономика и логистика
Из‑за топливного кризиса и связанных с ним перебоев стоимость доставки товаров из Китая в Россию выросла примерно на 20–25% за месяц. Это отражается на ценах и сроках поставок в различных регионах.
Городские инициативы
Москвичи продолжают акции против сноса исторических зданий, в том числе на Электрозаводе: участники отмечают, что одиночные протесты слабо слышны, но широкое общественное недовольство труднее игнорировать.
